July 31st, 2015

manx

(no subject)

Боже, боже, Лида, Лида! Какая жуткая военная истерия стояла в ЖЖ год назад. Сплошная ипсация вприсядку на автоматы, танки, минометы и ракеты. Особенно на ракеты, что непременно заинтересовало бы самого Зигмунда Фрейда. Любая здравая мысль тут же тонула в воплях: почему не вступил в ополчение? Почему еще не в окопах для борьбы с фашистами?

Решительно ничем это не напоминало сорок первый год, когда на войну шли молча и серьезно, понимая, что положение крайне тяжелое. Зато очень было похоже на девятсот четырнадцатый, когда гимназистки прикалывали солдатам патриотические ленточки.

Разница простая - о ней писал еще Оруэлл. Чем дальше от фронта, тем больше милитаризма, а истерики устраивают всегда те, кто ни на какую войну идти не собирается.

Каждая штафирка воображала себе нечто в духе гегелевской диалектики господина и раба. Стоит себе такой солдат, весь из себя, накачанный как Рэмбо, с автоматом на груди, грудь в орденах и все ему по плечу. А напротив такой себе плюгавенький враг - штатское чмо с большим пузом, весь белый от страха, и целиком в твоей власти.

Ах, как здорово!

И кипят, кипят первобытные инстинкты. Пока начальник не видит, разумеется.

Потому что дело происходит в XXI веке, а не в палеолите. И рулят теперь не отдельные господа, а большие системы. Бездушные машины огромных размеров, состоящие из живых людей, которых дергают за ниточки элементарных жизненных потребностей.

Совершенно ничего не решают теперь благородные рыцари и даже сам Рэмбо. Бог на стороне больших даже не батальонов, а армий.

И те самые воспетые ополченцы - попросту шестеренки гигантского механизма. Причем, дешевые и взаимозаменяемые. А сидение в окопе - это просто нахождение в неудобной земляной яме, в которой приходится прятаться от летающей вокруг смерти. И ничего оно не дает ни в плане понимания происходящего, ни в плане морального авторитета, ни в плане святости.

Как там было у Кривина? Важно, кто ездит, куда ездит, и зачем ездит. И на ком ездит - добавил верблюд.

На самом-то деле это только верблюду и важно, что ездят именно на нем. А самое главное совсем другое - ради чего сидят в этих самых окопах, и кому от этого польза.

Вы хотите об этом поговорить? Почитайте, что пишет ну, например, Жучковский.

Организация гадкая, снабжение плохое, боеприпасов не хватает, еда дрянная, платят мало, вкладывают в экипировку собственные деньги, да еще что благотворители пришлют. На том и воюют.

Ничего не напоминает? Да один к одному девяностые. Идейные советские дураки ходят на работу, потому что работа для них - святое. Платят сами за расходные материалы, нищенствуют, потому что зарплату задерживают месяцами, борются как могут с общим бардаком, лишь бы завод их жил.

А хозяин завода подсчитывает барыши и радуется - где же еще таких дешевых идиотов найдешь. Образованные, опытные, а платить ничего не нужно. Лафа.

Выжал из завода все досуха - и выкинул этих благородных на улицу. Валите отсюда, выписываю вас из рынка. Спасибо за подвиг, до свидания.

Поэтому конец ополчения довольно предсказуем. Будет использоваться, пока это выгодно. Потом в лучшем случае пинком под зад и "спасайся, кто может". Не в таком хорошем - статья. В совсем худшем отправят биться лбом об укрепления, потом прикопают в посадке, чтобы деревья лучше росли.

Славы тоже не будет. Будет обидная кличка бармалеев или вообще орков. И понимание, что свою жизнь можно было бы потратить на что-то не такое позорное, как превращение промышленного района в постапокалиптический ландшафт. И что должность пушечного мяса во славу капитала - не самое большое достижение для человека.

Вот и вся диалектика.
manx

(no subject)

Вдогонку к предыдущему посту.

Помнится, в 90-е часто рассказывали: да вот нет у нас автоматов, да мы бы - ух, всем бы показали, сбросили иго.

История усмехнулась и устроила натурный эксперимент. Всем желающим раздали по автомату.

Результат ровно тот же.

Мораль: организация и система с легкостью побивают одиночек, даже одиночек с автоматами.